nina_kink (nina_kink) wrote,
nina_kink
nina_kink

Categories:

Десять вещей про июль 2020 года, или If it's not okay, it's not the end.


  1. Июль был вполне себе месяц: Я написала одну неплохую вещь—небольшую, но важную: как будто прорубила в себе что-то. И писала на вдох-новении, на одном вдохе-выдохе. То приятное чувство, когда пишется само. Кроме этой одной вещи, я писала почти каждый день, и перевела одно стихотворение (этот перевод, кстати, стал уроком: что даже когда задача, оказывается гораздо сложнее, чем ты думала изначально, это не значит, что ее невозможно довести до конца).


  1. Июль был месяцем отходняка после резиденции и восстановления. Ви спрашивал меня вчера: как ты знаешь, что устала? Я начала рассказывать ему, когда по-настоящему не можешь больше держать ногу, когда делаешь бар-методовкое упражнение «арабеск»--когда нога «честно» сама падает. То есть «устала», сказала я, это когда упала. Дальше в нашем разговоре шли рассуждения о том, что жизнь это бессмысленная и конечная борьба со смертью. Если вернуться к усталости и восстановлению—как все-таки странно, на самом деле, «уставать» не поднимая попы с дивана по двенадцать часов. Интересно также, как организм выплескивает усталость мозга хроническими болячками, а успокаивается просто self-care дисциплиной, дисциплиной заботы о собственном теле (сон, еда, физическая активность).


  1. В июле я сделала шаг навстречу расстройству пищевого поведения: установила на телефон приложение, которое заставляет меня взвешиваться и вводить калории. Я, наверное, вру себе, когда говорю, что поставила это приложение, чтобы узнать о своих «тенденциях»--чтобы таким образом их скорректировать и чтобы дальше не нужно было бы это делать. Я залила в это приложение свои «сырые» генетические данные с 23andme, и меня ждало много сюрпризов, типа рекомендации преимущественно углеводной диеты.


  1. Еще один шаг навстречу обсессивно-компульсивному расстройству я сделала в июле, когда установила Word Keeper-- приложение, которое отслеживает мой писательский прогресс. Приложение далеко не идеальное (я не смогла найти лучше), но людям типа меня оказывается нравятся растущие циферки. Благодаря этому эппу я знаю, что я двигаюсь каждый день, и я знаю, над какими проектами я работаю (я похоже из тех, что мне нужно варить много супов одновременно, и это с одной стороны дает постоянный интерес, а с другой проблема—то, что многое не заканчивается, не воспринимается как проблема).


  1. В июле я больше, чем обычно, занималась йогой--чтобы раньше вставать, я стала записываться на утреннюю зум-йогу. Иногда, как сомнамбула, я просто перекатываюсь на мат, натягиваю штаны в полусне (не люблю вставать). Даже вписалась на 30 дней йоги в августе в студии One Down Dog, но уже угробила йогой правое запястье.


  1. Книги, которые я читала в июле: Анита Брукнер (слушала на audible)—Falling Slowly, A Family Romance. Впервые «не пошла» ее книга—The Next Big Thing. Я стыдилась немного того, что меня хватает только на эскапизм--но мой любимый ментор написал, что Анита Брукнер--это карантин без карантина, и действительно, ее книги--то истоии одиночества, иногда выбранной самоизоляции, иногда вынужденной, так что неудивительно. Начала слушать «Волшебную гору» Томаса Манна, в надежде зацепить себя за что-то (не вышло). Послушала два сборника Реймонда Карвера (Call Me If You Need Me & Will You Please Be Quiet, Please? by Raymond Carver). Еще каким-то боком наткнулась на нлп-литературу, и прочитала книгу—The Emotional Hostage by Leslie Cameron-Bandler and Michael Lebeau. Кстати, полезная книга, особенно для тех, кто не верит, что чувства и эмоции это данность—в книге много техник работы с чувствами--психологической саморегуляции.


  1. В июле Ви поделился со мной фразой Джона Леннона: “Everything will be okay in the end. If it's not okay, it's not the end.” В конце все будет хорошо. Если сейчас не хорошо, то еще не конец. Ви и Брэд наконец закончили удаленно друг от друга мастерить свой EP, и скоро (скоро!!! ну почти скоро!) Social Gravy начнет делиться новыми песнями.


  1. В июле мы смотрели: I Know This Much Is True (грусть, тоска), The Affair (больше грусти), Space Force (хорошая комедия со Стивом Кареллом), Dark, начали смотреть Perry Mason (как бывает с hbo-ошными шоу, долго раскачивались, но стоит того), The Politician (Бен Платт! кто такой Бен Платт, но вот; от создателей Glee). На фильмы нас, кажется, не хватает, разве что на простые: мультик вот, веселый и добрый, Flushed Away (Смывайся!), комедия Евровидение (мы посмеялись), и Knives Out ("но заканчивается все хорошо").


  1. Импров в июле: В первый день июля я себя саботировала: профилонила выступление в имрпов шоу. Вернулась в свою группу—мы начали изучать сцены с тремя и больше и людей, и на последнем занятии у меня даже была неплохая сцена. Я заметила, что в последнее время я гораздо меньше себя ругаю, а на неудачные сцены смотрю педагогически, стараясь извлечь урок: что не сработало, как можно было бы исправить. Наш бородатый преподаватель Тим все время повторяет, что мы просто учимся. В августе у меня будет целых два импров шоу!


  1. Для истории: какой был июль снаружи: В июле в Лос Анджелесе было семьдесят тысяч известных новых случаев ковида, и почти тысяча смертей от него. Лос Анджелес закрылся по второму кругу—мы не дотянули до встречи с нашим стилистом Дэмиеном всего два дня… Теперь мы растим волосы—Ви прикалывает челочку с двух сторон зажимами для бумаги. Бурбанк закрыл центр для автомобильного движения—и рестораны, которым теперь нельзя кормить людей внутри, вынесли столики на улицу. Ви все же играет в теннис раз в неделю со своим напарником—теннисные корты открыты. А баскетбольные закрыты—в парке в Кальвер Сити баскетбольные корзины законопачены специальными тросами. В конце июля—это ощущается как приключение—мы едем ко мне на работу, чтобы забрать, наконец, личные вещи из офиса. Кнопки лифта закрыты «самоочищающимся силиконом», лифт размечен на двух человек—по углам. Внутри всех помещений, кроме как у себя дома, нужно носить маски—это закон. В местном продовольственном магазине Ральфсе уже есть туалетная бумага, но вот бумажные полотенца часто дефицит. Везде продаются маски—даже в монетной прачечной в автомате. Каждый день мы гуляем, в масках, мимо таких же, как мы, гуляющих все возрастов в масках (иногда без). У нас есть несколько старушек, которых мы приветствуем, как со старыми знакомыми, яростно размахивая руками. Мы часто обходим других людей по газону или по проезжей части, чтобы соблюдать дистанцию

В июле я нервно слежу за новостями из Беларуси, и впервые чувствую иммигрантскую беспомощную разорванность на две страны.
Tags: жизнь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments