nina_kink (nina_kink) wrote,
nina_kink
nina_kink

Categories:

Время с неопределенностью

Я не эксперт по расовым вопросам в США, и не собиралась писать об этом. Но я здесь живу, и, по факту, за последнюю неделю меня больше всего порадовали русскоязычные посты людей (например, вот, или вот), которые честно пытаются разобраться.

Я начала записывать для себя—для того, чтобы как-то организовать сумбурную реакцию на происходящее вокруг. Я отдаю себе отчет, что делюсь с людьми, похожими на меня—которые чувствуют, что происходящее не помещается в их удобную «квартиру мира», и что нужно на многое—в том числе и в себе, в том числе и в своем ближайшем окружении—посмотреть повнимательнее.

Если вы живете в США*, и вы уверены, что «Джордж Флойд—уголовник, и поэтому заслужил такую смерть», «расовой дискриминации в США не существует, а вот я как белый человек чувствую себя притесненным», «я не расист, НО…», просто пройдите мимо, мы друг друга ни в чем не переубедим.

Как ни странно, меня поддержала рассылка Марка Мэнсона, в которой он, в частности, писал о том, что сейчас:

«…Нужно быть готовым провести время с противоречиями--люди и группы могут быть как хорошими, так и плохими, причем в одно и то же время. Чаще всего, так и есть. Две противоположные точки зрения могут быть частично верными и частично неверными. Улики могут быть сложными и предполагать противоположные умозаключения. Нужно быть готовым провести с этим время. Мозг будет пытаться пропихнуть тебя к более удобной стороне, но жизнь сложная, и в ней сложные проблемы. Нужно провести время с неопределенностью».

Я провожу время в неопределенности, но пытаюсь организовать собственные мысли и чувства на эту тему:

--Больно и горько. Так вспыхнуло, так разгорелось—потому что «нет ну серьезно, мы все еще об этом разговариваем?» Давайте еще будем обсуждать, воровать ли столовое серебро в гостях. О том, что полиция не должна убивать людей? Это слишком больно, видеть убийство человека, слышать «я не могу дышать». Для людей, которые в США идентифицируют себя с Джорждем Флойдом (или с Ахмадом Арбери, или с Бреоной Тейлор) —это чувство, как будто ты присутствуешь на своем убийстве. Это правда—что если бы я, белая женщина, столкнулась бы с полицией в похожих обстоятельствах—я была бы уверена, что «моя полиция разберется и докопается до сути дела, и при этом моей жизни не будет угрожать опасность». Если в Беларуси я боюсь милиции—милиция местная у меня ассоциируется с беспределом, с отбиранием у тебя свободы, с продажей совести государственной машине (простите, честные милиционеры). Американскую же полицию—я реально ее воспринимаю как безопасную для себя. Но--история была бы другой, если бы я была другого цвета, а не только в том, какая я на вид такая законопослушная.
Как бы мне ни хотелось убедить себя в том, что если я не сталкиваюсь с проявлениями расизма в быту, то, значит расизма нет—я не могу. Я слышала от белой семьи, усыновивших двух очень темнокожих детей из Латинской Америки, как изменилось их представление про свой же белый зажиточный райончик—на сына-подростка вызвали полицию, когда он пропустив школьный автобус, возвращался из школы; за девочкой ходят в магазинах (городишко в Bay Area). Или вот друг рассказывал про Claremont, прямо тут под Лос Анжделесом—как к нему за полгода жизни там раз двадцать вызывали копов за «domestic disturbance»--в конце концов сами копы смеялись, слушая тишину под его дверью, над соседями-расистами… И это мы просто бытовой, про весь этот не расизм, а житейскую мудрость, которые капают ежедневно на мозги, искривляют позвоночник.

Американская мечта для меня—живи и давай жить другим. Давай. Жить. Другим. Нас это касается настолько, настолько мы сами хотим жить. Я рада читать о примерах, когда люди начали серьезно разговаривать об изменении сути и роли полиции, о большем доверии общества самому себе—и если оно само себе может доверять, возможно, ему нужен сейчас не полицейский, а конфликтный терапевт, если так нарвало?

Отдельной строкой о погромах, пожарах, «лутинге». Не буду врать: моя первая реакция—ну все, полный Эйн Рэнд, зашторивай окна, пропала страна. Больно смотреть на разрушения в Лос Анджелесе, потому что рядом. Пару недель назад мы с Ви, впервые за весь карантин, вышли на Мелроуз посмотреть на стрит-арт как в музей, а сейчас—фотографии этой улицы, сожженной, изуродованной. И такие Мелроуз по всей стране.

Но я могу представить себе спектр и состояние людей, которые бьют витрины, от анархиста, до коммуниста, до оппортуниста, до отчаявшегося подростка, до тестостеронового подростка. И тех, кто нес домой украденные телевизоры могу себе представить. Я не поддерживаю «грабь награбленное», но понять и представить могу. Но я очень рада была, что протесты продолжаются мирно, что люди выводят на новый уровень свои идеи и пытаются разговаривать на трудные темы, и даже местная полиция пытается найти мирный язык для разговора с людьми.

- All Lives Matter—еще одна отдельная строка. Сегодня этот лозунг, тем более в ответ на black lives matter--расистское высказывание. Должны пройти годы, чтобы «все жизни имеют ценность» потеряло это значение. Для лучшего понимания можно привести, например, свастику—нелегко нам воспринимать этот символ только в индуистском значении «символ благополучия и удачи»?

* Я понимаю, что люди живущие не в США, высказывают мнения без понимания контекста. До того, как я приехала в США, я сама была убеждена, что «человек, выросший в СССР не может быть расистом», «расовой дискриминации в цивилизованном мире не существует», «рабство было очень давно—оно никак не влияет на современное общество».
Tags: america, жизнь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments