March 4th, 2019

big big

Чужая правда, твоя жизнь



Мне было шестнадцать лет, и то сочинение про поэта В. было лучшим из всего, что я к тому времени написала.

Я училась в выпускном классе. Я знала, кем я хочу быть, когда вырасту: писателем.

Я считала себя поэтом, но поэзия была непостоянной. Зависела от вдохновения. Да, когда вдохновение приходило, я отключалась от мира вокруг, чтобы написать стихотворение. Ну…почти от всего: я не могла отключиться от моего бойфренда. Может, поэтому вдохновение стало приходить ко мне реже? Я не доверяла стихам: какой из меня поэт, если я так завишу от вдохновения? Да и учатся ли на поэтов? Проза казалась более предсказуемой—я надеялась, что про нее что-то можно было понять и как-то ей научиться.

Collapse )

dear blond

Жюль, Джим и Марни

В субботу у нас выпал свободный вечерок, и мы не смогли придумать ничего лучше как пойти в кинотеатр с неудобными сидениями на double feature. American Cinematheque делает ретроспективу фильмов Франсуа Трюффо и Альфреда Хичкока. Мы посмотрели сначала фильм Трюффо «Жюль и Джим», а потом на фильм Хичкока «Марни». Оба фильма приблизительного одного периода—«Жюль и Джим» 1962 года «Марни» 1964. That’s fucked up--вот как можно описать оба этих фильма.

Мы разрешили себе пойти на такой длинный показ (вместо того, чтобы «дела делать»), пообещав друг другу, что-то осознанно из этих фильмов возьмем. Вот мой «take»:

Collapse )