?

Log in

No account? Create an account
Разные люди - Nina Kink
Из жизни и её окрестностей

nina_kink
Date: 2014-07-05 23:09
Subject: Разные люди
Security: Public
aula, жизнь
Благодаря учебе в Антиохе, мне представилась возможность поближе познакомиться с несколькими работающими писателями, нашими преподавателями.

О моем менторе Питере, с которым я работала прошлый семестр, ходят легенды. Его называют… как только не называют…беспощадный, прямой, засранец, да кто он вообще такой, сексист, шовинист, эстет, интеллектуал. И есть какое-то количество людей (включая меня), которые его боготворят: эти обычно те, которые за искусство ради искусства (написала искусство против искусства, нужно подумать об этом…)

Да, Питер не жалеет. Но я доверяю его эстетике, и поэтому если он говорит, что это фигня, я, хоть и не приму на веру, но внимательно подумаю, что он имеет в виду. И потом вижу, что да, фигня. У меня был рассказ, за который я на него немного обиделась—он мне казался неплохим, а Питер его так раскритиковал своим «clever, but?» Я этот рассказ достала недавно, перечитала, и сама уже увидела, что имел в виду Питер.

Конечно, в таком критичном менторе легко потеряться. Я начала было думать, что я пишу что-то каким-то определенным образом, чтобы подстроиться под него? Но вот пару месяцев как я от него отошла на шаг, и понимаю, что нет. Что я поняла кое-что из того, что он мне объяснял: про начало рассказа, про сцены и про голос, про то, зачем нам нужна литература и т.п.

Альма, которая вела у меня «воркшоп» во время резиденции, она писатель другого толка… Что такое «воркшоп»? Это семинар, на котором группа молодых писателей-студентов обсуждает работы друг друга. Работы на семинар подаются заранее. Во время семинара каждый высказывает свое мнение о работе других, выслушивает чужое мнение о работе своей. Ведет семинар преподаватель, который определяет правила и регулирует обсуждение.

Так вот Альма… Во-первых, она в первую очередь поэтесса. Свои романы она пишет чуть ли не переселяясь душой во всех героев и не вылезая из их шкуры по десять лет. Ей семьдесят лет, она родила первого ребенка, когда ей было пятнадцать. Разговаривая, она держит в руках погремушку, и трясет ей в паузах. На семинаре она в первые пять минут заставила нас рассказывать о своих мечтах, снах и страхах. И она нам дала упражнение: каждый из нас сказал(а) по два своих любимых и нелюбимых слова (в списке были слова fuck, bitch, cunt, orgasm, mayonnaise… среди прочих….), и потом сказала написать сексуальную сцену с этими словами. И потом прочитать…

Сумасшедшая эта Альма помогла мне понять, насколько серьезную тему я затронула в одном из своих рассказов, и предложила, как ее можно разработать внутрь. У таких вот совершенно нелепых людей, как Альма, которые с ракушками в сумке, с погремушкой в руках, ты учишься и другим вещам. Например, созданию своего пространства. Например, чихать на общественное мнение. Ну нужна тебе погремушка, ну греми уж.

Или вот Гейл, моя ментор на этот семестр. Она необыкновенная. У нее лицо девятилетней девочки (ей лет, наверное, 45, не меньше)—редко видишь такие открытые и добрые лица: как будто бы лампочка встроена. Семинар, который вела во время резиденции Гейл, назывался «Движение для писателей». Во время семинара (на него рекомендовалось приходить в удобной одежде) мы танцевали и писали в блокнотах. Гейл рассказала про теорию движения Габриэль Рот: по этой теории есть несколько видов движения: chaos, flow, staccato, lyrical, still (хаос, поток, стаккато, лирическое, спокойное). Гейл ставила нам музыку, иллюстрирующую эти движения, и мы—всей разнокалиберной группой, человек 25, танцевали минут пять, а потом десять минут писали, анализируя свои ощущения. Гейл предложила это как способ преодоления писательского блока: потанцевать пять минут, вернуться к работе.

Кстати! Когда мы встречались с ней потом нашей маленькой группой ее будущих подопечных, она рассказала, как ее книжку (которую она писала как книгу для взрослых, но из-за того, что рассказ велся от имени девочки, издательство решило ее рекламировать как книгу для младшего школьного возраста) запретили в двух школах Чикаго. Из-за слова vagina, которое в контексте книги употреблялось довольно безобидно. Две сестры играют в своей комнате. Старшая сестра, 10 лет, схватилась за сердце и закричала:

- У меня болит сердце, у меня, наверное, angina! (стенокардия)

Маленькая шестилетняя сестра ответила:

- У меня тоже есть angina, - и задрала юбку.

Старшая сестра:

- Ты глупая, I mean angina, not vagina.
Post A Comment | Share | Link






browse
my journal
August 2017